Ближайшие мероприятия ОМБПЦ





четверг, 19 февраля 2015 г.

Встречи на Святой Земле: монахиня Марфа. «Вера проявляется в делах»

Сестра Марфа на протяжении 13 лет служит в Вифании директором гимназии для девочек при Гефсиманской обители святой Марии Магдалины. Причем 99% из 426 ее учениц – мусульманского  вероисповедания, и лишь небольшое количество девочек – православные (большинство из них живет в интернате, рядом со школой). У нас возник закономерный вопрос – есть ли миссионерская цель в обучении мусульманских детей?

 Сестра Марфа ответила так:
«Очень многие группы спрашивают о миссионерских успехах нашей школы. Во-первых, нужно сказать, миссионерство здесь затруднено, так как переход в христианство из мусульманства до сих пор карается смертью. Причем свои же родственники и придушат. Я всегда рассказываю поучительные истории. В повседневной жизни получаются ситуации, когда приходится своими поступками говорить о своей вере – и они, наверное, наиболее существенны.


Мы находимся здесь в сейсмической зоне со сравнительно частыми землетрясениями. Лет 7 тому назад в один прекрасный вечер мне позвонила моя секретарша и сообщила, что по арабскому телевидению на завтра обещают землетрясение в 5 баллов по шкале Рихтера, и что поэтому все школы должны остаться закрытыми. Я попросила проверить эту новость на израильском телевидении, и, так как там таких новостей не было, я решила школу не закрывать.


На следующий день у нас было очень сумбурное утро: родители уже осведомлены о моей вредности, они с утра звонили и уточняли, будет ли школа, а я отвечала, что конечно будет. Когда они спрашивали «а как же землетрясение?», я отвечала, «ну пусть начнется, а там посмотрим». Учителя все пришли: они знают, что спорить бесполезно, школьные автобусы тоже всех собрали, привезли. Началась школа. Первый, второй, третий урок – никакого землетрясения. Большая перемена – никакого землетрясения. Начался четвертый урок – никакого землетрясения. И я, по правде сказать, расслабилась и даже поехала на почту. Поэтому во время землетрясения меня даже на участке не было.

А землетрясение было настолько сильным, что на третьем этаже школы стены ходуном ходили. Учителя начали выводить детей из школы, и среди детей началась паника. Причем началось все со старшеклассниц, которые в истерике валились на землю и кричали, что умирать они не хотят. Младшие, глядя на них, запаниковали – все в слезы, ведь умирать они тоже не хотят.


И наши интернатские, благо, дом совсем рядом, с большими глазами влетели в интернат, причем через кухню, на которую они заходить не должны. Но умирать они, во-первых, тоже не хотят, во-вторых, страшно. А там как раз сестра Наталия готовила обед, и так как она пыталась кастрюли поймать с плиты, которые тоже ходуном ходили, ей все эти арабские эмоции были совершенно не нужны. И когда девочки закричали «землетрясение-землетрясение!!!», она стукнула кулаком по столу и говорит: «Что за паника на корабле? Как должны христиане реагировать на такие ситуации?» Тогда они затихли, переглянулись. Одна говорит «молиться нужно?», вторая - «нужно поклоны бить?», а третья говорит «крестный ход!».


Ну и это тоже нужно пояснить: крестный ход для них не пустое место, ведь со всеми происшествиями вокруг монастыря помощи ждать неоткуда. Единственный путь – это напрямую от Бога. И у нас уже существует сложившаяся традиция: дети после своего вечернего правила обходят участок с крестным ходом. Берут иконы, крест, выстраиваются и идут. Поэтому когда упало это «крестный ход» они совершенно точно знали, что нужно делать.


Они вылетели из кухни, влетели в церковь, схватили крест, икону Божьей Матери, выстроились и пошли! И вот теперь это нужно представить: небольшой школьный двор, на нем еще 300 учениц – кто-то горланит, истерика, плач, учителя пытаются навести какой-то порядок…..А тут из-за угла выплывают: впереди крест, позади икона, идут стройным рядом и горланят с арабским темпераментом все тропари и кондаки, которые знают – не только на русском языке, но и на арабском.


Секретарша рассказывала, что водворилась звенящая тишина, истерика закончилась, слезы тоже, челюсти отпали – все только смотрели. И как раз христианская часть – и ученицы, и учителя – очень быстро отреагировали, примкнули к крестному ходу и вместе обошли двор. Наши уплыли, учителя построили детей в стройные ряды, вернулись в школу и учебный день продолжился.


Когда я приехала, как будто бы ничего и не было! И никаких повреждений в школьном здании не было. Когда закончилось землетрясение, даже никто и не понял.

И на самом деле, сколько лет прошло, а я до сих пор с большой радостью рассказываю об этом событии. Никто не знает, как это аукнется в сердцах мусульманских учениц и мусульманских учителей, но это событие имело место быть. И я очень горжусь этим событием, потому что часто в наше время даже мы, взрослые, которые воцерковились совершенно осознанно, и зная, почему пришли ко Христу, в повседневной жизни в малых событиях малодушествуем и потворствуем греху. Мы не объявляем грех грехом, не называем вещи своими именами – просто молчим, отворачиваемся, избегаем этого. А тут они – малое стадо в большой, в основном, мусульманской школе. Они всегда в меньшинстве в классах, и они не побоялись – они выстроились и пошли! Это такое проявление веры, маленький, но очень важный поступок, который важен и для них и для нас тоже. Поэтому, если это не миссионерство, то что тогда?»

 Екатерина Евсюкова







Комментариев нет:

Отправить комментарий